Этнический черкес из Иордании 36-летний Фади Исхакат (Халаште) на протяжении 18 лет в Адыгее добивается получения статуса соотечественника. Официальное разъяснение почему Россия не признает Фади Исхакат соотечественником – его предки никогда не были гражданами РФ или РСФСР, не было у них никогда российского удостоверения личности.
«Еще им нужна справка о моем выходе из иорданского гражданства» — рассказал «Кавказ.Реалии» Исхакат. Этого он сделать не может и не хочет, так как даже при отказе от иорданского подданства нет гарантий, что Россия предоставит ему свое. «Это – предательство, в Иордании мои близкие, и имущество, и наследство» — говорит он.
Сирийским черкесам, считает Исхакат, легче отказаться от сирийского гражданства из-за войны. Однако, и те беженцы, которые приехали в Россию, уже выехали в Европу, так как пока они здесь делали документы потратили все деньги, уезжали-приезжали, не получили гражданства, кое-кто получил вид на жительство, рассказал собеседник.
Российская сторона вроде первоначально старалась выдать статус соотечественникам, но потом что-то произошло и дело не сдвигается с места. По словам Исхаката, к нему вначале приходили сотрудники ФМС и ФСБ и вроде бы выражали желание помочь, спрашивали «почему не получили еще гражданство?», но потом успокоились и вовсе исчезли. Власть его знает, но система игнорирует.
В «Законе о соотечественниках» Адыгея не значится. Чтобы включить регион, нужно провести мониторинг безработицы и других социальных показателей. Адыгея не готова принимать людей, отмечает Исхакат. На уровне Адыгеи раньше действовал «Закон о репатриантах» в 2001 году. Однако, его отменили. Разобраться с проблемой Исхаката пытались и общественники, но из этого ничего не вышло.
«Когда в начале весны в 2011 году черкесы попросили короля Иордании, где проживает многотысячная черкесская диаспора, во время встречи с Путиным поговорить о вопросе репатриации черкесов, он заговорил об этом, но Путин ответил, что это огромная тема, которым занимаются специалисты, и давайте говорить о чем-нибудь другом», — поведал собеседник.
По его словам, в его семье с самого детства говорили о Кавказе, об Адыгее. Когда после окончания школы парень поехал жить в Адыгею, он уже был подготовленным: с 4 лет он учился черкесскому танцу, знал родной язык. Жить в Адыгее — это была мечта, говорит он. За 3 месяца по приезду заговорил и на русском языке, затем окончил физмат местного госуниверситета.
«Сейчас только проблем у меня, связанных с жильем, работой, отсутствием денег. Не могу делать аккредитацию для начала собственного бизнеса. Так как отсутствие статуса препятствует между мной и нормальной жизнью» — сетует молодой человек.
Официально Исхакат нигде не работает из-за отсутствия документов, у него только вид на жительство на 5 лет. Помогает отец из Иордании. Брату Исхаката также не дали разрешения на жительство и ему пришлось уехать обратно.
Отметим, в ауле Мафахабль компактно проживают черкесы, вернувшиеся из Косово в Адыгею в 1998 году по решению федеральных властей. У них проблем нет с документами. Но что делать черкесам из стран Ближнего Востока, желающих приехать и осесть у себя на исторической родине?
Источник:www.kavkazr.com